виртуальный клуб Суть времени

Работа Органов опеки и попечительства в современных условиях

Интервью у сотрудника Органа опеки и попечительства Сельцина Николая Петровича взяла М. Градова.
М.Г.:
Николай Петрович! Общественность нашей страны взбудоражена законопроектами, принятыми в первом чтении Государственной Думой, которые мы для краткости называем «закон о патронате» и «закон об общественных наблюдательных комиссиях». Рассмотрение законопроектов отложено на неопределённое время. Однако, проблемы с законотворчеством остались. Люди не успевают следить за плодовитыми законодателями. Если мы ведём речь о ювенальных технологиях, навязываемых нам с Запада, мы не можем обойти вопрос об органах, работы которых касаются отложенные законопроекты. Хотелось бы услышать мнение специалиста, знающего проблему изнутри. Поэтому я начну по порядку.

1) Какими действующими нормами закона регламентирована деятельность органов опеки и попечительства? Имеются ли какие-либо недоступные для общего сведения инструкции, положения, памятки и т.д.?

Сельцин Н.П.:

Действующими являются следующие нормы:

· Федеральный закон № 159 ФЗ от 21 декабря 1996 г. «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей».

· Федеральный закон от 24 июня 1999 г. N 120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»

· Федеральный закон от 24 апреля 2008 г. № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве»

· Постановление Правительства Российской Федерации от 18 мая 2009 г. N 423 г. Москва

«Об отдельных вопросах осуществления опеки и попечительства в отношении несовершеннолетних граждан»

· Постановление Правительства РФ от 18 мая 2009 г. № 423 «Об отдельных вопросах осуществления опеки и попечительства в отношении несовершеннолетних граждан».

· Постановление Правительства РФ от 19.05.2009 N 432 (ред. от 12.05.2012) «О временной передаче детей, находящихся в организациях для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в семьи граждан, постоянно проживающих на территории Российской Федерации»

· Постановление правительства Москвы от 25 декабря 2007 г. № 1169-ПП «О реализации мер социальной поддержки детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из их числа по оплате жилья и коммунальных услуг в городе Москве»

· Закон г. Москвы № 29, от 14 июня 2006 года «Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения»

· Закон г. Москвы от 14 апреля 2010 г. № 12 «Об организации опеки, попечительства и патронажа в городе Москве».

· Постановление правительства Москвы от 02 октября 2007 г. № 854-ПП «Об обеспечении жилыми помещениями в городе Москве детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из их числа»

· Приказ от 14 сентября 2009 г. № 334 «О реализации постановления правительства Российской Федерации от 18 мая 2009 г. № 423»

· Письмо Министерства образования и науки РФ от 31 августа 2010 г. № 06-364 «О применении законодательства по опеке и попечительству в отношении несовершеннолетних»

Недоступные для общего пользования документы фактически есть. Но недоступны для пользования они в силу своего огромного количества. Зачастую даже профессионал натыкается на ранее недоступные и неизвестные ему законы, рекомендации, приказы и так далее. Формально же любой человек имеет постоянный доступ к любому документу. Но это похоже на русскую сказку: «пойди туда, не знаю куда, возьми то, не знаю что».

М.Г:
2) Каковы главные обязанности сотрудников органа ОиП?

Сельцин Н.П.:
По должностной инструкции главного специалиста отдела опеки, попечительства и патронажа муниципалитета московского района, он обязан:
Среди прочего, вести прием населения по вопросам опеки, попечительства и патронажа, рассматривать обращения, заявления и жалобы, осуществлять профилактическую и реабилитационную работу по преодолению социального сиротства, реализовать переданные полномочия в части организации социального патронажа, подготавливать материалы для рассмотрения на заседании комиссии по охране и защите прав детей, проводить обследования условий проживания детей, состоящих на учете в ООиП, давать заключение в суд по спорам, связанным с защитой прав и интересов детей, осуществлять совместно с уполномоченными органами изъятие из семьи детей при непосредственной угрозе их жизни и здоровью…

М .Г.:

3) Каковы инструменты помощи семьям, находящимся в трудной жизненной ситуации?

Сельцин Н.П.:
Фактически и «по-честному» — инструментов нет. Специалист может только «капать на нервы» угрозами лишения родительских прав. Но надо понимать, что на кого-то эти угрозы еще могут подействовать, а на кого-то уже нет. В случае, если они подействовать не могут, ребенок изымается и устраивается в детский дом. Потом, опека продолжает капать на нервы таким родителям, но уже с другой стороны, со стороны материнского и отцовского чувства. Его уговаривают забрать ребенка из детского дома. Если родитель соглашается, то специалист предлагает ему устроиться на работу и принести справки за полгода работы (через полгода после лишения можно восстановиться) и прекратить пить. При этом нет ни бюджета, позволяющего кодировать родителей, ни правового механизма, позволяющего это делать без желания родителя. Такая работа сводиться к 1 проценту результата, по моим личным оценкам. В том же случае, если на родителя еще могут подействовать угрозы лишения родительских прав, эти угрозы «валятся» на него со всех сторон. Их изобилие со временем приводит к тому, что родитель считает их нормой и перестает бояться. После чего ребенок у него забирается через лишение родительских прав.
Надо четко понимать, что под «трудной жизненной ситуацией» понимаются совсем уж асоциальные семьи. Родители — наркоманы, алкоголики, бродяги. Все иные случаи, которыми сейчас пугает себя общество, относятся к ювенальной юстиции западного образца, но не нашей, отчасти еще советской системе. Вот если произойдет наполнение нашей системы смыслами и нормами запада, тогда эта категория расширится значительно.
Кроме того, надо четко понимать, что совершенно ничего нельзя сделать с человеком, который сознательно встал на путь безнравственности и «идет» по нему уже долго. Нельзя, если мы не находимся в тоталитарном государстве.
Можно как-то не допускать того, чтобы человек на этот путь встал. Но это уже работа совершенно иного направления. Такая работа в некоторой степени велась в Советском Союзе и прекратилась в Российской Федерации. Работа эта в принципе возможна только при конкретной идеологии, которой в РФ нет.

М.Г.:

4) Есть ли необходимость в делегировании ООиП дополнительных полномочий, каких именно?

Сельцин Н.П.:
На мой взгляд, такой необходимости нет. До тех пор, пока ООиП осуществляет «посредническую» деятельность между семьей и государственными учреждениями никакие особые полномочия специалистам вообще не нужны. И особенно полномочия сверх установленной меры.
Дело в том, что для исполнения своих обязанностей опека привлекает государственные структуры: милицию (провести акт обследования, если представителей опеки не пускают в квартиру добровольно), поликлинику (определить состояние здоровья ребенка), суд (решение вопроса устройства ребенка на полное государственное обеспечение, лишение родительских прав). У этих структур достаточно полномочий для решения любых вопросов и отдельные полномочия специалистам опеки не требуются.

М.Г.:
5) Как, на взгляд сотрудников органов опеки, можно оптимизировать работу в нынешних условиях, не изменяя законодательства? Есть ли для этого возможности?

Сельцин Н.П.:
Оптимизировать работу ООиП не нужно. Со времен СССР вся эта работа отрегулирована и настроена надлежащим образом. Нужно прекратить «плодить» различные инструкции и приказы, законы и постановления «ни о чем». А то, что уже есть, привести в порядок, переработать. Чтобы было не более 5-10 документов федерального и местного уровня, не больше. При этом надо перестать бесконечно передавать различные отделы и ведомства «из рук в руки», поставить во главе специалиста, имеющего многолетний опыт работы на местах и поставить перед ним Цель.
По сути, надо просто прекратить реформировать систему регулирования семьи и детства в систему ювенальной юстиции (да еще и делать это «кривыми руками»).
Кроме того, надо принимать на работу в опеку людей с профильным образованием, имеющих своих детей, а не по принципу «землячества», и родственных отношений.
Но все, что я сказал, относится к оптимизации работы ООиП в том направлении, в котором она ведется на данный момент. Не больше.

М.Г.:
6) Николай Петрович! Пожалуйста, укажите основания для лишения родительских прав по судебным решениям, примеры самых тяжких случаев из практики, и самых «невинных» (если были такие).

Сельцин Н.П.:
В основном причинами для лишения родительских прав по судебным решениям являются: алкоголизм, наркомания, неисполнение обязанностей по содержанию (материальное обеспечение) ребенка, невыплата алиментов на содержание ребенка.
В качестве полярных примеров приведу следующие: мать девочки (прописанной в московской квартире и имеющей в таком случае право на жилищные льготы по законодательству г. Москвы) семнадцати лет обратилась в отдел с проблемой воспитания дочери. По ее словам, контакт с ребенком был утрачен несколько лет назад, а сама девочка неуправляема. Несколько раз мать с бабушкой присутствовали на заседании комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав. На комиссии семье всячески пытались оказать помощь, предлагали перевести в учебное заведение, специализирующееся на проблемных случаях, направляли к психологам. Но, с одной стороны, фактически мать не хотела решать возникшую ситуацию. А с другой стороны, предложенные меры по ее разрешению мало бы помогли. В итоге было принято решение о лишении родительских прав и устройстве ребенка на полное государственное обеспечение, чему очень противились специалисты ООиП. Дело в том, что после 18 лет (при определенных условиях) таким детям необходимо предоставлять квартиры по договору безвозмездного пользования (которые с 23 лет переходят в собственность) и в данной ситуации была очевидна жилищная заинтересованность со стороны матери. Рассматривая исковое заявление о лишении родительских прав матери, суд его удовлетворил. Данному решению суда долго удивлялись почти все сотрудники. Ведь оснований для лишения фактически не было (по их мнению), а мать была лишена после невнятных фраз об «отсутствии контакта с ребенком», «неспособности повлиять на дочь». Я изначально был уверен в данном исходе потому, что этот случай попал под определение «неисполнение обязанностей по воспитанию и обучению». Ведь когда мать говорит: «Я не могу ее воспитывать», — с точки зрения Права все очевидно. Право в данном случае не интересует искренность слов, а Суд данный аспект проблемы не учел. Но с другой стороны, если мать сама просит лишить ее родительских прав и при этом не отказывается воспитывать ребенка, а заявляет о неспособности это делать, то у Суда просто нет иного выхода. Поэтому мне «человеческие» ожидания сотрудников Опеки были понятны. Но с точки зрения Закона и Суда решение Суда было обосновано.
Второй пример лежит в иной плоскости. В 2009 г. опека участвовала в суде по лишению родительских прав матери-алкоголички. Инициатором лишения был отец двоих детей разного возраста, который за время совместной работы по данному вопросу приобрел в глазах специалистов образ примерного отца и мужа с тяжелой судьбой (жена-алкоголик и женщина легкого поведения). При этом в формировании данного образа косвенно приняли участие его брат (дядя детей) и мать (бабушка). После лишения матери родительских прав, она подала иск о разделе имущества. В этом споре специалисты опеки опять приняли сторону отца, так как примерный отец отстаивал интересы детей в первую очередь.
В 2011 году девочка (старший ребенок) — на тот момент ей было 12 лет – самостоятельно обратилась в опеку с просьбой «поговорить с папой». По ее словам, папа часто кричит на нее с братом, заставляет заниматься глупыми делами, обижает бабушку (свою мать), часто приходит домой пьяным и не дает заниматься в школьных кружках. Сотрудники опеки, знакомые с данной семьей с 2009 года и с отцом семьи, как с человеком ответственным и дотошным, девочке не поверили. Сотрудники опеки, базируя свои представления о жизни на «устаревших» ценностях, решили проверить. На акт обследования жилищно-бытовых условий вышел специалист. Поговорил с отцом. В квартире оказалось бедно, но чисто. Однако пища для детей имелась, а чистоту поддерживала сама девочка. Отец, как всегда, показал кучи фотографий с улыбающимися детьми, положительные характеристики из школы.
Я (а тем специалистом был я) рассказал отцу о том, что девочка приходила в опеку. При этом предупредил, что за семьей теперь будут постоянно наблюдать и если девочке будет плохо – это сразу заметят. Отец объяснил, что воспитывает детей, за воровство (по его словам сын крадет у него деньги) наказывает углом. На дочь он ругается за то, что девочка вместо того, чтобы заниматься математикой, хочет обучаться игре на пианино, а он это не приветствует. В общем, сложившаяся ситуация представлялась обычной сложной ситуацией московской семьи. Особенно, если учесть небольшую жилую площадь квартиры и вытекающие из этого проблемы. Именно это имел в виду отец, когда сказал, что девочку «научили» на него жаловаться, имея на то свои личные внутрисемейные «псевдооснования». Сам он работает с утра до вечера на основной работе, а потом подрабатывает на личном автомобиле, чтобы прокормить, одеть и обуть ребенка. При этом отец показал новые вещи, чеки на эти вещи, чеки на запчасти к машине, на бензин и на многое другое. Тогда я только удивился подобному качественному подходу к жизнедеятельности. Никаких сомнений в «положительности» отца у меня не возникло.
Через несколько дней в опеку позвонила бабушка девочки. Бабушка рассказала начальнику опеки все то же самое, что рассказывала девочка и попросила оказать помощь. Но в 2009 году та же бабушка была полностью на стороне отца, не говоря о нем ни одного плохого слова – это раз. А я к тому моменту уже разговаривал с отцом – это два. Бабушке начальник отдела опеки отказал.
Через неделю психолог детского районного центра принес характеристику девочки, в которой было указанно, что ребенок готов совершить самоубийство. На следующий день была созвана комиссия по охране прав детей, на которой присутствовал и этот психолог, дядя девочки и ее отец. Ситуация оказалась крайне сложной. Отец девочки по факту оказался душевнобольным, когда прикрываясь чеками и покупками, человек издевается морально над детьми. Дети отказываются идти к нему домой. Дядя стоял на позиции лишения родительских прав отца. Комиссия отделалась тем, (меня на комиссии не было, я не вхожу в ее состав) что настоятельно рекомендовала определить детей на обучение в интернат, чтобы меньше видели отца. Когда я узнал об этом от разгневанного дяди, для меня стало совершенно очевидно, что принятое решение является полумерами, если не ошибкой. Об этом я объяснил руководителю муниципалитета и настоял на изъятии детей из семьи и временной передаче их под опеку дяде.
Данное решение было очень не просто принять в силу различных причин. Но самым тяжелым было противопоставление нежелания детей возвращаться к отцу желанию самого отца их воспитывать. При этом формально он имел все права, чеки, колбасу в холодильнике и другие атрибуты «законных прав и интересов несовершеннолетнего».
В результате суд ограничил отца в родительских правах. При этом запретил видеться с детьми. Совершенно непонятно было, каким образом отец может «исправиться» в полугодичный срок, имея «на руках» подобный запрет. Через полгода дядя обратился в суд с иском о лишении родительских прав на том основании, что отец не исправился. Суд вынес решение о лишении родительских прав. Мосгорсуд оставил решение районного суда в силе.

Смотрите так же:  Договор на вывоз мусора в мешках

М.Г.:
7) Чем отличается усыновление (удочерение) от принятия ребёнка под опеку?

Сельцин Н.П.:
В случае с усыновлением вопрос решается дольше, чем с опекой. После лишения родительских прав (например) должно пройти полгода и только потом подается исковое заявление в суд об установлении усыновления. Усыновление очень основательно. Суд отдает ребенка человеку и человек становится полноценным родителем с точки зрения Права. Хотя на данный момент существует закон, по которому до 18 лет за ребенком должна следить опека. Сама опека (по крайней мере, многие ее представители) считает это не правильным – если суд «полностью отдал» ребенка человеку, то при чем здесь опека? А если опека продолжает надзор за семьей, то значит суд «отдал не полностью». И еще одно разительное отличие в том, что усыновленный ребенок не получает никаких льгот после 18 лет, связанных со статусом лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.
Оформить опеку (попечительство) сравнительно быстро и просто. При этом попечитель является только законным представителем ребенка и не может присвоить ему своего отчества или фамилии. До 18 лет на ребенка, находящегося под опекой, распространяются все те же льготы, как и на усыновленного ребенка. Но после 18 лет подопечный ребенок имеет право на однократное предоставление жилья по договору безвозмездного найма, если у него жилья нет или если жилье не соответствует оговоренным в законодательстве нормам. Кроме этого есть другие льготы, распространяющиеся на лиц из числа детей-сирот и не распространяющиеся на усыновленных детей.

М.Г.:
8) Николай Петрович! Не является ли в современных условиях воспитание детей в приёмных семьях неким бизнесом? Что является доказательством этому?

Сельцин Н.П.: Относительно механизма приемной семьи следует пояснить, что он был рассчитан на те случаи, когда у ребенка нет родственника, желающего взять его под опеку. А для стимуляции постороннего ребенку человека было предложено выплачивать деньги за воспитание, плюс к деньгам на содержание ребенка. То есть родители (в Москве – один родитель) получают деньги за осуществление семейной формы воспитания ребенка и отдельной позицией — на его содержание.
В моем отделе за всю практику был только один случай приемной семьи. Та семья приехала из Смоленска в Москву и встала здесь на учет. Но даже и этого одного случая хватило для того, чтобы уже имеющееся негативное мнение по этому вопросу еще более окрепло в коллективе отдела опеки, попечительства и патронажа. Каждый знакомый мне специалист и работник опеки выступает резко против такой формы «семейного воспитания». Это оказалось «палкой о двух концах». С одной стороны благие устремления, а с другой стороны — негативная практика. Такая практика, когда детей используют, как грубую рабочую силу в решении бытовых проблем и одновременно источник дохода. К детям нет ни любви, ни симпатии, ни даже уважения. Есть только желание получать деньги за содержание и воспитание ребенка. И это совершенно невозможно зафиксировать с правовой точки зрения. Именно поэтому специалисты моего отдела всячески стараются «вставлять палки в колеса» желающим, предлагая им обычную «опеку». Но договор «приемной семьи» заключается на уровне Департамента семейной и молодежной политики (на данный момент «опека» передается в «социальную защиту» и не понятно, кто этим будет заниматься), и в территориальный отдел опеки «спускается» уже готовым. Возможностей помешать у людей на местах не много. Но, следует сказать, что и желающих взять ребенка из корыстных целей тоже не много.
Именно это, все эти неявные стремления специалистов и граждан, жить «по совести» и работать «по справедливости» и является «пережитком» Советского Союза. Но эти «пережитки» держаться лишь до тех пор, пока весь механизм не «заполнится» нормами ювенальной юстиции Европы.
Является ли «приемная семья» бизнесом? Категорически – да. И доказательством является отрицательное мнение практически большинства специалистов (мне не известен ни один, настроенный положительно). Именно «бизнесом» называют специалисты «приемные семьи» и всячески препятствуют их формированию. Ведь если ты хочешь взять ребенка, исходя из светлых чувств и стремлений, то тебе достаточно будет опеки, и денег на еду, и жизнь для ребенка. А «работу» по его воспитанию ты оцениваешь не деньгами. В эту глубинную сферу человеческого денежная оценка еще не проникла…
Другим доказательством можно считать многие фактические случаи, с которыми сталкиваются работники. Повторю, с точки зрения Права доказать это тяжело, но от человеческого взгляда, от взгляда матери (а в опеке большинство – женщины) грязь не укроется. Это я считаю двумя доказательствами и не знаю никого, кому бы их не хватило.

М.Г.:
9) Действительно ли есть необходимость в ликвидации детских домов, реально ли это, обоснованно ли это?

Сельцин Н.П.:
Ответить на этот вопрос компетентно я не могу. Для компетентного ответа надо иметь полную статистику по детским домам и информацию об экономическом положении страны. Я могу лишь отметить несколько моментов.
Интересным кажется то, как расформировали детские дома. Воспитанников просто взяли и разделили по тем домам, которые остались выполнять свои функции. Встают вопросы: детей стало меньше на столько, что треть детских домов стала не нужна и при этом есть уверенность, что количество детей не увеличится? Лично я, как специалист, в этом сомневаюсь. У меня количество детей на протяжении нескольких лет не меняется существенно. Ведь надо учитывать, что ребенок поступает в детский дом в раннем возрасте и воспитывается в нем до 18 лет. Ну, допустим на основании некоторых статистических сведений есть уверенность в том, что в ближайшие пару-тройку лет количество детей останется минимальным и новые дома не понадобятся. Допустим. Но как можно делать прогнозы на более длительный период? Я не понимаю. Особенно если учесть, что определенный процент детей в детских домах составляют дети бывших воспитанников и бывших подопечных детей (у которых родители умерли от асоциального образа жизни или лишены родительских прав). Какой еще вопрос можно задать? Например, такой: или денег в стране на содержание детских домов не осталось? До такой степени не осталось, что предлагается увеличить количество воспитанников одного воспитателя в ущерб качеству воспитания? И при этом добавить денег воспитателю?
Интересной становится «негласная» рекомендация «сверху»: лишать родительских прав меньшее количество родителей. Причем эта рекомендация «спустилась», как опеке, так и судьям. При этом надо понимать, что сокращается количество детских домов, где воспитываются достаточно взрослые дети. А о сокращении «домов – малюток» (где находятся совсем маленькие дети) я ничего не слышал. Хотя мое неведение само по себе еще ничего не значит.
Однозначно можно сказать, что «на местах» динамики по улучшению ситуации с детьми, оставшимися без попечения родителей, не наблюдается. Государство не борется с «болезнью» и значит ее «симптомы» (дети) останутся. Не понятно, с чего бы их количество стало сокращаться. С другой стороны – мне известна статистика по Москве и ее районам, из которой видно, что существует тенденция увеличения международного усыновления детей в раннем возрасте. И государство, кстати, открыто говорит о необходимости передачи детей на «семейную форму воспитания». Вот только форма эта не российская…

М.Г.:
10) Что, на взгляд сотрудников органов опеки и попечительства, необходимо предпринять государству, чтобы уменьшить социальное сиротство?

Сельцин Н.П.:
Обзавестись «политической волей», как говорят в таких случаях. И пересмотреть наши взгляды на все «нормы» и «права», льющиеся в нашу систему регулирования семьи и детства «рекой изобилия» с Запада.
Надо, чтобы государство не позволяло родителям оказаться на «социальной обочине» жизни. Но такое возможно только при наличии педагогически-воспитательного идеологического механизма. Опять же, в качестве примера возьмем Советский Союз, когда человека принудительно устраивали на работу и следили за его исправлением. Понятно, что очень многое было далеко от совершенства, что имелась масса ошибок, перегибов. Но главное в том, что система воспитания создавалась. Создавались механизмы настоящего общественного контроля, когда за проблемным родителем присматривали коллеги по работе. Государство должно иметь идеальные ориентиры, основанные на ориентирах народа и ему же транслируемые постоянно с государственного уровня. Можно продолжить пояснения на данную тему, но все их будет проще свести к одному: должно быть экономически сильное государство с четко оформленной концепцией семьи. Примерно такое, как Советский Союз. Можно лучше. Без этой концепции, без высокого смысла решить проблему невозможно. Мы и дальше будем наблюдать понижение нравственного уровня в обществе. Повышение желания молодых семей жить «для себя» и как следствие — некачественное воспитание детей. Которые в свою очередь будут тоже (хоть и меньше) рожать детей.
Никакими другими решениями ситуацию не исправить. Это, конечно, только мое мнение. Но оно основано на годах профессиональной деятельности в школе, детской комнате милиции и отделе опеки и попечительства.

Смотрите так же:  Компенсация медосмотров из фсс

М.Г.: Николай Петрович! Спасибо Вам за беседу. На мой взгляд, освещённые Вами вопросы помогут гражданам лучше понять роль органов опеки и попечительства в отношениях между детьми и их родителями.

Для сотрудников органов опеки напишут новые правила

Подготовкой документа занимаются Минтруд и Минобрнауки

Фото: Сергей Савостьянов, ТАСС

В ближайшие месяцы ведомства должны представить приказ, в котором будут обозначены рамочные требования к профессиональным знаниям, навыкам, компетенциям, образованию госслужащих, работающих в сфере опеки и попечительства. Об этом «Парламентской газете» сообщила член Комитета Госдумы по государственному строительству и законодательству Ольга Баталина.

Профстандарт здесь не поможет

«Ещё в 2013 году в действующее законодательство были введены нормы, которые предусматривают создание единых требований к компетенциям специалистов органов опеки, поскольку они являются государственными или муниципальными служащими, — пояснила Баталина. — Работа над ними ведётся давно, но такого нормативного акта до сих пор нет».

Профстандарт — пока единственное, на что могут ориентироваться работники этой сферы. Но, по словам депутата, на практике он не действует. Поскольку по закону применять профстандарты можно только к специалистам, а не к госслужащим. А в органах опеки и попечительства преимущественно работает как раз вторая категория сотрудников. «В результате профстандарт может быть использован только в качестве рекомендательного документа при составлении должностных инструкций», — объяснила Ольга Баталина.

Проблемой, по её словам, остаётся и то, что сейчас у нас вообще нет единой системы опеки и попечительства. На региональном уровне они даже подчинены разным управлениям и департаментам.

«Где-то органы опеки подотчётны министерствам образования, где-то — министерствам социальной защиты, где-то — министерствам здравоохранения. Раньше это было не критично, сейчас — влияет на качество работы. Система органов опеки должна быть единой, хорошо управляемой, методологически обеспеченной, единой службой. Только в этом случае мы сможем обеспечить качество выполнения тех полномочий, которые на неё сегодня возложены», — подчеркнула Ольга Баталина.

Ещё одна головная боль — высокая текучесть кадров, признала член Координационного совета при президенте по реализации Нацстратегии действий в интересах детей Галина Семья. Так, 17 процентов сотрудников уходит из системы, не проработав и год, 22 процента — трудится в ней от года до трёх лет. Дефицит профессионального и методического инструментария приводит к тому, что многие решения принимаются субъективно и некомпетентно. Путаницу вводит и дублирование полномочий органов опеки и попечительства и комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав.

Самая «осуждаемая» служба

По данным исследовательского центра ТАСС изъятие детей из семей — одна из главных тем федеральных СМИ. Кстати, единой статистики на этот счёт нет до сих пор. Так, по словам заместителя председателя Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и госстроительству Елены Мизулиной, в среднем в год у родителей отбирают 58 тысяч детей. В то же время МВД и Минобрнауки оперируют другими цифрами. Так, в МВД заверяют, что ежегодно из семей изымается не более 10 тысяч детей, а Минобрнауки — только 3 тысячи.

Третьего апреля, во время делового завтрака, посвящённого реформе государственной системы опеки и попечительства, заместитель главы Минобрнауки Вениамин Каганов признал, что в стране не так много органов, которые так осуждались бы и в СМИ, и в обществе, как органы опеки.

Навести порядок в их работе экспертное сообщество предлагает целым набором мер — от просьб прописать в законодательстве более чёткие критерии, согласно которым положение ребёнка в семье будет признаваться «опасным для жизни и здоровья» до предложений расширить штат сотрудников опеки и попечительства на местах (по статистике, на одного работника органа опеки и попечительства в некоторых регионах приходится до 2500 детей) и повысить их квалификацию. И если устранение всех пробелов в законодательстве потребует времени, то улучшить подготовку таких специалистов можно значительно быстрее, уверены специалисты.

Когда они приходят

В редакцию журнала «Домашний ребёнок» обратилось более 10 семей из разных городов с просьбой предать огласке превышение полномочий сотрудниками органов опеки и попечительства, а также врачей поликлиник и женских консультаций 1 .
Одна из самых ярких – история Елены Содомовской 2 , мамы рождённого дома Лёвы. Лена – изящная интеллигентная женщина, архитектор, ведёт здоровый образ жизни, много путешествует. На момент родов они с мужем жили в Димитровграде, где и появился на свет Лёвушка. Сначала им отказали в регистрации в городском отделе ЗАГС, требуя предоставить некую «справку о живности» 3 , поскольку малыш родился дома, затем вызванный на дом врач из поликлиники отказался выдать такую справку, следом несколько раз приезжала милиция, инспекторы ОПДН, сотрудники опеки и попечительства, врачи и медсёстры. Никто из приходивших не оставлял маме никаких документов, разговаривали грубо и всё время пугали отбиранием ребёнка. Наконец, под давлением мама согласилась поехать в больницу на «контрольный» осмотр, после которого ей обещали выдать ту самую «справку о живности» для ЗАГСа. Вместо обещанного в кабинете главврача Лёву, со слов Елены, силой забрали у неё и увезли в детскую больницу. Маме отказали в совместном пребывании с ребёнком и обещали лишить родительских прав. К счастью, через 4 дня Лена и малыш были снова вместе, но от последствий пережитого они восстанавливаются до сих пор. О том, как всё было, мы расскажем в одном из следующих номеров.
Вместе с активистами общественной организации «Здоровье. Информированный выбор» в 2010 году редакцией будет выпущена подробная брошюра «Что делать, если…», с реальными историями, текстами необходимых законов, комментариями юристов, психологов и других специалистов, защищающих права семьи._______________________________________

1 Подробнее в метариалах: «Молочная кухня», «Опека. Пермь.», «Немая сцена», «Ульяновск. Роженица и ходоки»
2 Подробный рассказ Елены доступен на нашем сайте
3 В соответствии с пунктом 1 статьи 14 Федерального закона от 15 ноября 1997 г. №143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» основанием для государственной регистрации рождения ребёнка при родах вне медицинской организации и без оказания медицинской помощи (документом, подтверждающим факт рождения ребёнка) является заявления лица, присутствовавшего во время родов, о рождении ребёнка (форма №6, утвержденная постановлением Правительства Российской Федерации от 31 октября 1998 г. №1274 «Об утверждении форм бланков заявлений о государственной регистрации актов гражданского состояния, справок и иных документов, подтверждающих государственную регистрацию актов гражданского состояния»).

К сожалению, есть мамы и папы, которые не выполняют родительские обязанности должным образом. Именно поэтому всё тем же Семейным кодексом статьей 77 органам опеки и попечительства предоставлено право при непосредственной угрозе жизни или здоровью отбирать ребёнка у родителей, в связи с чем по сигналу о синяках или криках, полученному от воспитателей дошкольного учреждения, врача детской поликлиники, соседей и т.п., в любую семью могут прийти представители указанных органов (далее мы будем называть их «опека»), чтобы убедиться, что с малышом всё в порядке и травма получена в результате падения с велосипеда, а не побоев.

Важное правило: не нужно пугаться этих визитов, сотрудники опеки всего лишь делают свою работу, нужную и важную, спасшую жизнь уже не одному ребёнку. Однако не всегда при этом они ведут себя корректно по отношению к родителям (и их тоже можно понять, представьте, как способна накрутить кого угодно рассказами о детских криках легковозбудимая соседка). В то же время нервозность родителей может быть воспринята опекой не совсем верно.
Данные рекомендации предназначены для того, чтобы вы чувствовали себя уверенно и спокойно при общении с опекой.

Первое и самое главное. Жилище неприкосновенно – это право гарантируется вам статьёй 25 Конституции РФ. Соответственно, попасть в дом сотрудники опеки могут либо с вашего на то согласия, либо по решению суда, либо «в случаях, установленных законом», под которыми подразумевается проведение оперативно-розыскных мероприятий сотрудниками милиции либо обыска.
В соответствии с пп. 18 п. 1 ст. 11 Закона о милиции сотрудники милиции (не сотрудники опеки!) вправе беспрепятственно входить в жилые помещения граждан при наличии достаточных данных полагать, что там совершено или совершается преступление (то есть вы имеете полное право выяснить у милиционеров, какие именно основания для таких предположений у них имеются). По закону обо всех случаях проникновения в жилище против воли проживающих в нем граждан милиция должна уведомить прокурора незамедлительно, но не позднее чем через 24 часа. Также в квартиру без вашего согласия могут войти по постановлению следователя о производстве обыска в рамках уже возбуждённого уголовного дела (для обыска нужны веские основания, и при нём вправе присутствовать адвокат). Это – исчерпывающий перечень.

Поэтому настройтесь на то, что посещение опекой вашей квартиры – это, скорее всего, лишь акт вашей доброй воли, а целью опеки является помощь ребёнку. Помните, что в вашем доме пришедшим придётся соблюдать ваши правила.

Сразу отметим, что визиты в ночное время (с 22 до 6 утра) могут совершаться только в экстренных случаях (например, «поступил сигнал, что в данный момент ребёнок кричит»), однако в этом случае сотрудники опеки должны прибыть в сопровождении милиционера. Если же они приехали самостоятельно – нет причин их пускать в квартиру, зато есть смысл направить на следующий день в орган опеки заказное ценное письмо следующего содержания: «После 22.00 мой ребёнок спит, и я не вижу повода нарушать установленный режим его дня. Прошу в дальнейшем не допускать визитов комиссии в ночное время».

Не надо стесняться проверять у пришедших документы (удостоверение и паспорт), в конце концов, именно вы отвечаете за безопасность своего малыша, и вы должны быть уверены, что впускаете в квартиру представителей опеки, а не мошенников.

Нелишним будет записать фамилию, имя, отчество пришедших к вам лиц, чтобы потом не вспоминать мучительно, с кем же именно вы общались. Можно также перезвонить в орган опеки по телефону, заранее выписанному из справочника, и уточнить, работают ли там указанные люди и направлялись ли они с проверкой на ваш адрес.

К слову, это – универсальная рекомендация на все случаи жизни. Точно так же следует поступать, если к вам пришёл домой незнакомый участковый милиционер, представитель ЖЭКа и т.п. Возможно, при этом вам может быть неловко от того, что «не верите людям на слово», но иногда лучше чувствовать себя неудобно, чем стать жертвой преступления.

Если у вас в квартире принято разуваться (а ведь наверняка ребёнок бегает по полу босиком, и в ваши планы не входит ещё одна помывка пола) и мыть руки – вежливо попросите об этом пришедших. Если они по той или иной причине отказываются разуться – твёрдо и настойчиво просите покинуть квартиру.

Вне поля вашего зрения в квартире никто не должен находиться, поэтому следует пресекать попытки представителей опеки «растечься» по комнатам: «Пожалуйста, следуйте за мной», «Я вас в ту комнату пройти не приглашала», «Я вам всё покажу, но, пожалуйста, в моём присутствии». Разрешать ли фотосъёмку – ваше личное дело, и если вы считаете её проведение неприемлемым – просто сообщите об этом. (А лучше сами запишите на видео или диктофон происходящее в комнате.)

По окончании визита комиссии настаивайте, чтобы так называемый «Акт об осмотре жилого помещения» был составлен тут же, при вас, в двух экземплярах, и каждый экземпляр был подписан вами и членами комиссии. В нём не должно быть «пустого пространства», прочёркивайте или заполняйте все пробелы перед подписанием. Если представители опеки будут ссылаться на то, что у них есть 7 дней на составление подобного документа, обратите их внимание на то, что вы просите составить не акт об обследовании условий проживания несовершеннолетнего, а именно акт осмотра, а это разные документы.

Если опека желает, чтобы вашего малыша осмотрел врач, – помните, что вы имеете право ехать с ребёнком в одной машине «скорой помощи», присутствовать при всех медицинских манипуляциях, которые совершаются с ним. Более того, согласно статье 32 Основ законодательства РФ об охране здоровья, никакое медицинское вмешательство (в том числе и банальный осмотр) не может проводиться без вашего согласия.

Смотрите так же:  Приказ минздравсоцразвития рф n 808н

И самое важное. Отобрать, то есть «изъять ребёнка из семьи», можно только на основании соответствующего акта органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации. И при отсутствии этого акта никто не имеет права прикасаться к вашему ребёнку.

В случае если по какой-то причине проверяющие вошли в квартиру без вашего согласия, не реагируют на просьбы или пытаются забрать ребёнка без соответствующих документов – не стесняйтесь звонить по телефону 02 с сообщением, что неизвестные против вашей воли ворвались к вам в квартиру и забирают ваше дитя. Приехав, милиция убедится, конечно, что это сотрудники опеки, однако настаивайте на том, что вы их пройти в квартиру не приглашали и необходимые документы у них отсутствуют. Настаивайте на том, чтобы сотрудники милиции помогли вам защитить ваши законные права.

* Государственная дума приняла к рассмотрению законопроект (за №198484-5) «О внесении изменений в Федеральный закон «Об основных гарантиях прав ребёнка в Российской Федерации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях обеспечения гарантий прав детей на надлежащее воспитание», который предполагает ужесточение существующих санкций против родителей. Проект закона.

Органам опеки и попечительства нужна перезагрузка, считают общественники

МОСКВА, 1 июн – РИА Новости. Назрела необходимость внести изменения в систему органов опеки и попечительства: пересмотреть обязанности кадров, которые частично можно передать другим организациям, увеличить штаб сотрудников опеки и их финансирование, а также сформировать систему подготовки специалистов, считают общественники, опрошенные РИА Новости.

В последние месяцы в СМИ обсуждалось несколько громких тем, в контексте которых не раз возникали вопросы к отсутствию своевременных действий со стороны органов опеки. Так, в мае мужчина и женщина похитили трехлетнего мальчика в Морозовске Ростовской области. Ребенок был найден, а предполагаемые похитители — супруги из Волгоградской области — также подозреваются в убийстве одного из приемных детей. Следователи выяснили, что у подозреваемых на воспитании находятся пять несовершеннолетних детей, из которых четверо — приемные, при этом в сентябре 2016 года один из приемных детей внезапно исчез. Тогда опекуны не стали обращаться в правоохранительные органы и продолжали получать причитающиеся выплаты. Было возбуждено уголовное дело об убийстве. Тело ребенка было найдено, представитель СУ СК РФ по Волгоградской области подтвердила РИА Новости, что женщина призналась, что сама захоронила приемного сына, который якобы скончался от заболевания.

Еще одна история – дело семьи Дель. Скандал вокруг многодетной семьи разгорелся в середине января в Зеленограде. По словам работников детского сада, они обнаружили на теле одного из детей следы побоев, которые, по его словам, ему нанес отец. Сотрудники органов опеки и попечительства изъяли из семьи 10 детей. Однако вскоре двоих детей, которые находились в приюте, вернули их бабушке. Опеку еще над восемью детьми семья расторгла. Инцидент получил большой общественный резонанс.

Инициатива детского омбудсмена

«По нашему мнению, это позволит исключить составление актов без выезда специалиста в семью, т. е. предоставления заведомо недостоверной информации», — пояснили РИА Новости в аппарате Кузнецовой.

Кроме этого, Кузнецова поддержала инициативу дать возможность органам опеки и попечительства «делегировать организациям полномочия по обследованию условий жизни таких несовершеннолетних граждан и их семей».

Детский омбудсмен также считает нужным предоставить возможность обоим родителям назначать своему ребенку опекуна на случай одновременной смерти.

«Считаю, что предлагаемые изменения части 2 ст. 13 федерального закона «Об опеке и попечительстве», предоставив обоим родителям право изъявить свою волю о назначении ребенку опекуна на случай смерти, позволят защитить будущее несовершеннолетнего», — приводят слова Кузнецовой ее пресс-служба.

В аппарате пояснили, что сейчас по закону подать заявления о назначении опекуна или попечителя для своего ребенка на случай смерти может лишь один родитель в ситуации, когда второй родитель не может выполнять свои обязанности по той или иной причине (например, по причине неустановленного отцовства или смерти).

Что же происходит с опекой?

«Мы не укрепляем аппарат, не создаем людям условия для того, чтобы они имели возможность нормально работать, не обеспечиваем их законодательной базой твердой, крепкой, соответствующей конституции, а потом начинаем их упрекать в том, что они где-то недоработали», — заявила РИА Новости юрист-эксперт общероссийской общественной организации «Родительское всероссийское сопротивление» Людмила Виноградова.

По мнению члена комиссии по поддержке семьи, детей и материнства Общественной палаты (ОП) РФ Юлии Зимовой, есть целый ряд факторов, повлиявших на органы опеки.

«Вопрос в том, что в органах опеки сейчас действительно серьезная текучка – раз, неподготовленность кадров – два. То есть у нас нигде не обучают быть сотрудником органов опеки», — сказала Зимова.

Кроме того, подчеркивает она, сотрудников органов опеки «мало по сравнению с тем задачами, которые есть», поэтому «надо или увеличить количество этих сотрудников, специалистов и, соответственно, зарплаты, или снять с них часть полномочий».

В частности, со слов Виноградовой, нагрузка на одного сотрудника органов опеки может достигать 240 семей. При этом специалисты должны дважды в год проверить условия проживания и воспитания детей в замещающих семьях, напомнила руководитель группы по разработке профессионального стандарта специалистов органов опеки и попечительства, член правительственной комиссии по делам несовершеннолетних Галина Семья.

«У нас в стране (замещающих семей) полмиллиона…, то есть нужно осуществить по стране каждый год один миллион проверок. Специалист приходит из органов опеки, у него есть специальный акт, он по этому акту смотрит, спрашивает и заполняет. Но любому разумному человеку понятно, что… качество проверки будет ужасное. А некоторые… рисуют этот акт», — сказала Семья, добавив, что на 29 миллионов детей в России приходится только 11 тысяч сотрудников органов опеки.

Семья отметила и такую проблему, как «невнятное представление об органах опеки» среди населения страны. Более того, своеобразная «невнятность», по ее мнению, существует и в законодательстве, регулирующем работу этой структуры.

«В законодательстве очень невнятно прописаны разные критерии, по которым должны работать органы опеки и попечительства. Самое резонансное, что было – это критерий, по которому ребенок отбирается у родителей… Есть ряд терминов в законодательстве, который не разъяснен законодателем», — пояснила она.

Решение проблемы глазами общественников

«Очень важно разграничение полномочий между органами опеки и между социальной защитой, потому что органы соцзащиты должны, на мой взгляд, полноценно работать с семьей. К сожалению, часть функций, которые они могли бы на себя взять, она есть сейчас у органов опеки», — сказала Зимова.

В частности, общественница предложила ввести должность семейных агентов, которые бы в индивидуальном порядке помогали семьям решать их проблемы.

«В первую очередь, если мы реформируем органы опеки и попечительства, то мы должны прямо в связке параллельно серьезно реформировать систему соцзащиты с точки зрения именно индивидуального подхода к семье. То есть соцзащита должна обеспечивать концентрацию сил и денег вокруг семьи конкретной, вокруг конкретного ребенка… Это идеальная система… если у тебя есть семейный агент», — сказала Зимова.

Передать часть функций органов опеки другим ведомствам предложила и Виноградова. Так, по ее мнению, «профилактикой преступлений и правонарушений должны заниматься правоохранительные органы», так как «это не компетенция органов опеки» и «не компетенция органов соцзащиты, которые должны не выискивать преступления, а помогать тем людям, которые находятся в трудной жизненной ситуации».

Семья также предложила разгрузить органы опеки, позволив им привлекать сторонние организации или других профильных специалистов.

«Мы предлагаем… законодательно разрешить органам опеки передачу этих полномочий при сохранении у органов опеки полномочия о принятии решений… Или позволить органам опеки приглашать тех специалистов, которые им нужны», — сказала Семья РИА Новости, пояснив, что речь идет о полномочиях, которые «требуют специальных знаний в области психологии, педагогике и так далее».

Член ОП РФ также считает необходимым совершить «технический апгрейд» сотрудников органов опеки. Например, выдать специалисту планшеты, «где у него будут все обновления последние по законодательству, он сможет фотографировать детей, будет планинг».

«Понятно, что реформа системы органов опеки в принципе нужна. Другой вопрос, есть ли сейчас на это возможности, не столько даже финансовые, сколько экспертные, и возможности это проконтролировать», — заключила Зимова.

Версия 5.1.11 beta. Чтобы связаться с редакцией или сообщить обо всех замеченных ошибках, воспользуйтесь формой обратной связи.

© 2018 МИА «Россия сегодня»

Сетевое издание РИА Новости зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 08 апреля 2014 года. Свидетельство о регистрации Эл № ФС77-57640

Учредитель: Федеральное государственное унитарное предприятие «Международное информационное агентство «Россия сегодня» (МИА «Россия сегодня»).

Главный редактор: Анисимов А.С.

Адрес электронной почты Редакции: [email protected]

Телефон Редакции: 7 (495) 645-6601

Настоящий ресурс содержит материалы 18+

Регистрация пользователя в сервисе РИА Клуб на сайте Ria.Ru и авторизация на других сайтах медиагруппы МИА «Россия сегодня» при помощи аккаунта или аккаунтов пользователя в социальных сетях обозначает согласие с данными правилами.

Пользователь обязуется своими действиями не нарушать действующее законодательство Российской Федерации.

Пользователь обязуется высказываться уважительно по отношению к другим участникам дискуссии, читателям и лицам, фигурирующим в материалах.

Публикуются комментарии только на тех языках, на которых представлено основное содержание материала, под которым пользователь размещает комментарий.

На сайтах медиагруппы МИА «Россия сегодня» может осуществляться редактирование комментариев, в том числе и предварительное. Это означает, что модератор проверяет соответствие комментариев данным правилам после того, как комментарий был опубликован автором и стал доступен другим пользователям, а также до того, как комментарий стал доступен другим пользователям.

Комментарий пользователя будет удален, если он:

  • не соответствует тематике страницы;
  • пропагандирует ненависть, дискриминацию по расовому, этническому, половому, религиозному, социальному признакам, ущемляет права меньшинств;
  • нарушает права несовершеннолетних, причиняет им вред в любой форме;
  • содержит идеи экстремистского и террористического характера, призывает к насильственному изменению конституционного строя Российской Федерации;
  • содержит оскорбления, угрозы в адрес других пользователей, конкретных лиц или организаций, порочит честь и достоинство или подрывает их деловую репутацию;
  • содержит оскорбления или сообщения, выражающие неуважение в адрес МИА «Россия сегодня» или сотрудников агентства;
  • нарушает неприкосновенность частной жизни, распространяет персональные данные третьих лиц без их согласия, раскрывает тайну переписки;
  • содержит ссылки на сцены насилия, жестокого обращения с животными;
  • содержит информацию о способах суицида, подстрекает к самоубийству;
  • преследует коммерческие цели, содержит ненадлежащую рекламу, незаконную политическую рекламу или ссылки на другие сетевые ресурсы, содержащие такую информацию;
  • имеет непристойное содержание, содержит нецензурную лексику и её производные, а также намёки на употребление лексических единиц, подпадающих под это определение;
  • содержит спам, рекламирует распространение спама, сервисы массовой рассылки сообщений и ресурсы для заработка в интернете;
  • рекламирует употребление наркотических/психотропных препаратов, содержит информацию об их изготовлении и употреблении;
  • содержит ссылки на вирусы и вредоносное программное обеспечение;
  • является частью акции, при которой поступает большое количество комментариев с идентичным или схожим содержанием («флешмоб»);
  • автор злоупотребляет написанием большого количества малосодержательных сообщений, или смысл текста трудно либо невозможно уловить («флуд»);
  • автор нарушает сетевой этикет, проявляя формы агрессивного, издевательского и оскорбительного поведения («троллинг»);
  • автор проявляет неуважение к русскому языку, текст написан по-русски с использованием латиницы, целиком или преимущественно набран заглавными буквами или не разбит на предложения.

Пожалуйста, пишите грамотно — комментарии, в которых проявляется пренебрежение правилами и нормами русского языка, могут блокироваться вне зависимости от содержания.

Администрация имеет право без предупреждения заблокировать пользователю доступ к странице в случае систематического нарушения или однократного грубого нарушения участником правил комментирования.

Пользователь может инициировать восстановление своего доступа, написав письмо на адрес электронной почты [email protected]

В письме должны быть указаны:

  • Тема – восстановление доступа
  • Логин пользователя
  • Объяснения причин действий, которые были нарушением вышеперечисленных правил и повлекли за собой блокировку.

Если модераторы сочтут возможным восстановление доступа, то это будет сделано.

В случае повторного нарушения правил и повторной блокировки доступ пользователю не может быть восстановлен, блокировка в таком случае является полной.

День сотрудника опеки